Какие документы относятся к официальным документам

Официальные документы

Какие документы относятся к официальным документам

Официальные документы – это письменные акты, выдаваемые государственными органами, органами местного самоуправления, органами управления и должностными лицами Вооруженных сил РФ, других войсковых формирований для удостоверения фактов или событий, имеющих юридическое значение.

Официальные документы могут порождать для использующих их лиц определенные юридические последствия. Официальные документы должны содержать реквизиты (необходимые данные) в зависимости от характера документа (штамп, печать, номер, дату, подпись соответствующего должностного лица).

Информация, содержащаяся в компьютере, не является официальным документом вне зависимости от содержащихся в ней сведений. Но искажение компьютерной информации влечет ответственность по ст. 272 УК. Документ, полученный из автоматизированной информационной системы, получает юридическую силу после подписания должностным лицом в порядке, установленным законодательством.

В сфере государственного управления происходят существенные изменения в определении перечня и юридически значимых признаков официальных документов, а также круга субъектов, правомочных их издавать.

Признаками официального документа является:

· наличие установленной законом формы; [3]

· форма официального документа устанавливается только уполномоченными на то государством юридическими или физическими лицами;

· Форма подлежит соблюдению и документы подлежат учету;

· официальные документы удостоверяют факты, имеющие юридическое значение;

· официальные документы подпадают под действие системы регистрации, строгой отчетности и контроля над обращением.

Раздел УК РФ «Преступления против государственной власти» охраняет только официальный документооборот. Документы, исходящие от частных лиц, различных коммерческих организаций, не являющихся государственными или муниципальными органами (договоры, расписки, справки, обязательства и т. п.

) не являются официальными документами применительно к предмету посягательства, предусмотренного данным разделом УК РФ. Например, служебный подлог – это посягательство на нормальную деятельность государственного или муниципального аппарата управления. Однако, если вышеназванные (частные и др.

) документы оказываются в ведении государственных или муниципальных структур, они приобретают характер официальных и могут стать предметом подделки (ст. 292 УК РФ).

Предметом преступления могут быть бланки, штампы, печати, оттиски печатей и штампов (ст.325, 327 УК РФ).

Бланк – это стандартный лист бумаги с воспроизведенной на нем постоянной информацией документа и местом, отведенным для переменной.

Оттиск печати – это реквизит документа , содержащий официальное удостоверение подлинности документа, влекущее юридически значимые последствия.

Клише печати – предмет, предназначенный для нанесения оттиска печати.

Оттиск штампа – реквизит, содержащий указание на официальный источник его происхождения 3 .

Клише штампа – предмет, предназначенный для нанесения оттиска штампа.

Субъектами большинства преступлений против государственной власти и местного самоуправления являются должностные лица. Новый уголовный кодекс от 01.01.

97 коренным образом изменил регламентацию ответственности за должностные преступления, понятия должностного преступления и должностного лица.

В советское время субъектами должностных преступлений могли быть работники всех существовавших в обществе государственных и общественных структур, за исключением религиозных организаций.

В УК РФ 1997 г. существует две самостоятельные главы: гл. 23 – ”Преступления против интересов службы в коммерческих и иных организациях” и гл. 30 – “Преступления против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления “.

Понятие должностного лица дается в ст. 285 УК РФ. Закон выделяет две разновидности должностных лиц:

1. Лица, постоянно, временно или по специальному полномочию осуществляющие функции представителя власти (законодательной, исполнительной, судебной) в РФ, в субъектах РФ, в муниципальных органах.

2. Лица, постоянно, временно или по специальному полномочию выполняющие организационно – распорядительные, административно – хозяйственные функции в государственных органах, органах местного самоуправления, в Вооруженных Силах РФ, других войсках РФ.

Технические работники и неоперативный состав (начальники канцелярий, юридических отделов, бухгалтерии, секретари и т.п.) не могут признаваться представителями власти, хотя некоторые из них являются должностными лицами.

4. Юридическая сила документа

Юридическая сила документа – свойство документа быть подлинным доказательством фактов, событий, действий.

Не имеют юридической силы документы:

· с пороком формы (например, вместо нотариальной формы применяется простая письменная);

· с пороком содержания (например, договоры, в которых упущены существенные условия);

· не соответствующие закону или иным правовым актам; составленные с целью, противной основам правопорядка и нравственности; с целью прикрыть другую сделку; документы, выполненные лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия (ничтожные, мнимые, притворные сделки);

· с пороком в субъектном составе (подписанные недееспособными, ограниченно дееспособными, неуправомоченными на то лицами, удостоверенные юридическими лицами, вышедшими за пределы своей правоспособности);

Документы, составленные под влиянием заблуждения, обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения сторон или стечения тяжелых обстоятельств, а также документы, подписанные дееспособным гражданином, но находящемся в состоянии, когда он не был способен понимать значения своих действий, являются оспоримыми и теряют свою юридическую силу после решения суда.

Источник: https://studopedia.ru/7_188840_ofitsialnie-dokumenti.html

А есть ли он – официальный документ?

Какие документы относятся к официальным документам

На написание этой достаточно объемной статьи меня натолкнула вот этот ответ на .

Когда я вижу в современных х к уголовному закону определение уголовно-правового понятия «официальный документ», меня начинают мучить смутные сомнения относительно лиц, которые их составляют.

Конечно тема достаточно дискуссионная, однако уголовный закон и должен отличаться от других отраслей своей определенностью и скурпулёзностью. И это правильно — ведь это самая репрессивная часть права.

Не мудрствуя лукаво, приведу свои мысли относительно этого термина изложенные в апелляционной жалобе. Да может пригодится кому.

Так вот:

«А. инкриминируется подлог административного протокола в отношении Ат. Однако само по себе, внесение заведомо ложных сведений в административные материалы состава какого либо преступления не образует, а образует административную либо дисциплинарную ответственность лиц допустивших эти нарушения.

В противном случае, повальное большинство, например, сотрудников ГАИ, и иных должностных лиц, уполномоченных составлять административные протоколы и принимать по ним решения, были бы осуждены по указанной статье.

Поскольку каждому из них хоть раз уполномоченным органом, какой либо протокол об АП был признан составленным безосновательно(с нарушением закона), при этом эти лицо знали, либо обязаны были знать о такой безосновательности(нарушении закона).

Термин „официальный документ“ содержится в следующих положениях уголовного закона: ч. 1 ст. 238 „Производство, хранение, перевозка либо сбыт товаров и продукции, выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности“, ч. 1 ст. 292 „Служебный подлог“, ст.

324 „Приобретение или сбыт официальных документов и государственных наград“, ч. 1 ст. 325 „Похищение или повреждение документов, штампов, печатей либо похищение марок акцизного сбора, специальных марок или знаков соответствия“, ч. 1 ст.

327 „Подделка, изготовление или сбыт поддельных документов, государственных наград, штампов, печатей, бланков“ УК РФ.

Общей чертой во всех названных случаях является то обстоятельство, что указанный термин относится к числу оценочных понятий уголовного закона. При этом следует отметить, что термин „официальный документ“, используемый в перечисленных статьях УК РФ, неоднороден.

Так, в ч. 1 ст. 238 говорится об официальном документе, удостоверяющем соответствие товаров, работ и услуг требованиям безопасности. В ст. 324 и ч. 1 ст. 327 говорится об официальном документе, предоставляющем права или освобождающем от обязанностей.

В ч. 1 ст. 292 и ч. 1 ст. 325 говорится об официальном документе без каких-либо уточнений.

Поэтому уже данные обстоятельства влияют на процесс толкования и конкретизации оценочного понятия „официальный документ“ в правоприменительной деятельности.

Проблема оценочных понятий в российском праве вообще и в уголовном праве в частности связана с тем, что они не конкретизированы в тексте закона при помощи формулировки определения либо перечисления критериев толкования.

Поскольку термин „официальный документ“ в УК РФ не определяется, не приводится каких-либо критериев для его конкретизации. Это обстоятельство неоднократно становилось предметом рассмотрения в определениях Конституционного Суда РФ.

Конституционный Суд РФ ( Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г.

N 575-О-О „Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Морозовского Владимира Евгеньевича на нарушение его конституционных прав частью первой статьи 327 Уголовного кодекса Российской Федерации“) указал, что «по смыслу ч. 3 ст. 55, п. „о“ ст.

71 и 76 Конституции Российской Федерации ответственность за совершение преступлений и сопряженные с ними ограничения прав и свобод человека и гражданина могут быть установлены только федеральным законом».

Общим для всех составов преступлений выступает то, что документ, предоставляет те или иные права или освобождает от обязанностей.

«…согласно действующему уголовному законодательству применение уголовного закона по аналогии не допускается (ч.2 ст. 3 УК РФ). В связи с этим не может быть принято во внимание утверждение заявителя о том, что ч.1 ст.

327 УК РФ предполагает использование при ее применении термина „официальный документ“ в том значении, которое ему придано в нормах иной отраслевой принадлежности (например, в содержащихся в ст. 1259 ГК РФ определениях применительно к авторским и смежным правам, в ст.

5 Федерального закона от 29 декабря 1994 г. N 77-ФЗ „Об обязательном экземпляре документов“ и др.

Хотя в данном случае рассматривался вопрос о понятии „официальный документ“, предусмотренном ч.1 ст. 327 УК РФ, который должен предоставлять права и освобождать от обязанностей, положительной оценки и поддержки заслуживает следующее обстоятельство.

Конституционный Суд РФ справедливо указал, что толковать понятие „официальный документ“ с точки зрения определений, содержащихся в нормах иной отраслевой принадлежности, является грубым нарушением основополагающего принципа уголовного права — принципа законности(ч.2 ст. 3 УК РФ).

Эту же позицию Конституционный Суд РФ продемонстрировал в Определении от 16 декабря 2010 г. N 1671-О-О „Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Шишкина Виталия Юрьевича на нарушение его конституционных прав частью первой статьи 327 Уголовного кодекса Российской Федерации“

Таким образом, Конституционный суд РФ не только запрещает использование норм иных отраслей права в юридической оценке данного предмета преступления, но и предписывает использование для этих целей норм уголовного права, содержащихся, как известно, в УК РФ.

УК РФ содержит определения о таком предмете преступления, только в ст.ст. 327 и 324 УК,  этим определением выделено два значимых их признака: официальные документы, предоставляющие права или освобождающие от обязанностей.

В силу того, что иных определений официального документа уголовный закон не содержит, а применении норм иных отраслей права по аналогии запрещено уголовно-правовыми принципами, суд при постановлении любого решения по данному делу может исходить только из приведенных признаков официального документа. Что и было нарушено судом при постановлении приговора.

Поскольку исследование юридических свойств предмета преступления, предусмотренного ч.1 ст. 292 УК РФ инкриминируемого А. изложено в содержании обвинительного заключения, суд имеет возможность в рамках предварительного слушания без исследования доказательств в судебном следствии сделать вывод относительно предмета преступления.

Предметом преступления, предусмотренного ч.1 ст. 292 УК РФ, в данном случае выступает протокол №15 об административном правонарушении от 13.03.2012 года, в который, по мнению обвинения, и были внесены заведомо ложные сведения. Странно, что при этом не упомянули административный протокол №16 от того же числа, касающийся указанных лиц.

Очевидно, что речь в определении, имеющемся в УК РФ, идет о том лице, которому предоставляются права, и которое освобождается от обязанностей. Речь в данном случае не идет о лице, которое внесло заведомо ложные сведения в этот документ.

Очевидно так же, что какому либо лицу, привлекаемому к административной ответственности сам протокол об административном правонарушении не предоставляет прав, поскольку не наделяет его общими либо специальными полномочиями, более того по смыслу любой юридической ответственности такое привлечение ограничивает вообще и в конкретном случае это лицо в правах.

Аналогичным образом обстоит дело и с освобождением от обязанностей, поскольку привлеченное к административной ответственности лицо приобретает ряд процессуальных обязанностей, а не освобождается от них.

На примере специальных статей УК РФ можно продемонстрировать, что если не следовать этому правилу оценки процессуального документа в рамках административного либо уголовного права, то можно дойти до абсурдного решения, в привлечении лица к двойной ответственности (ст.299-303 УК РФ).

Все указанные составы преступлений могут выступать примером, однако наиболее приближенным является пример ст. 299 УК РФ, где уголовно наказуемым является привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности. В любом случае подобные действия заключаются в вынесении соответствующего постановления.

В силу чего должностное лицо по замыслу обвинения, должно быть тогда привлечено и к уголовной ответственности за должностной подлог, однако это не происходит, поскольку в этом случае наступает двойная ответственность за одно и то же деяние.

Применительно к любой подобной ситуации внесение заведомо ложных сведений в этом случае выступает как способ совершения основного деяния, что не образует идеальной совокупности преступлений.

Сам по себе этот довод является еще одним доводом, против того, что привлеченная за халатность А. понесет двойную ответственность.

В обжалуемом приговоре суда целый ряд указанных доводов защиты о предмете преступления искажен, не приведен в достаточной для оценки каждого из них мере, что дало возможность суду, не оценивая, отвергнуть эти доводы простым указанием на то, что протокол об административном правонарушении имеет реквизиты и составляется официальные лицом, удостоверяет факты и события, предоставляет права и возлагает обязанности, что противоречит приведенным постановлениям Конституционного суда и здравому смыслу в части того, что привлечение к юридической ответственности предоставляет права. Поскольку право защищаться, имеется у любого лица, вне зависимости от составления каких либо протоколов, а возникает в связи с преследованием.»

Вот такой подход в оценке этого замечательного понятия мне представляется наиболее полным и верным. 

Источник: https://pravorub.ru/articles/84635.html

Как закон понимает термин «официальный документ» применительно к ст. 327 УК РФ?

Какие документы относятся к официальным документам

Добрый день! Вопрос. Обвиняют по ст. 327 ч. 1, якобы подделал доверенность для получения наложенных платежей на почте РФ , доверенность составлена от физического лица другому физическому лицу заверенная печатью ООО, в котором оба не работают. По данной доверенности сотрудник почты выдал деньги, после чего полиция задержала и предъявила обвинение.

На следствие в показаниях начальника почты РФ есть «данная доверенность заполнена не верно, заверена должна быть нотариально либо глав врачом мед учреждения, выдавать деньги по такой доверенности запрещено» Вопрос может ли такая доверенность являться официальным документом ? Есть ли где то описание что является официальным документом и если не является официальным документом — в чем состав преступления?

Адвокат Антонов А.П.

Добрый день!

Согласно ст.ст.185, 186 Гражданского кодекса, доверенностью признается письменное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу или другим лицам для представительства перед третьими лицами.

Доверенности от имени малолетних (статья 28) и от имени недееспособных граждан (статья 29) выдают их законные представители.

Письменное уполномочие на совершение сделки представителем может быть представлено представляемым непосредственно соответствующему третьему лицу, которое вправе удостовериться в личности представляемого и сделать об этом отметку на документе, подтверждающем полномочия представителя.

Письменное уполномочие на получение представителем гражданина его вклада в банке, внесение денежных средств на его счет по вкладу, на совершение операций по его банковскому счету, в том числе получение денежных средств с его банковского счета, а также на получение адресованной ему корреспонденции в организации связи может быть представлено представляемым непосредственно банку или организации связи.

Правила настоящего Кодекса о доверенности применяются также в случаях, когда полномочия представителя содержатся в договоре, в том числе в договоре между представителем и представляемым, между представляемым и третьим лицом, либо в решении собрания, если иное не установлено законом или не противоречит существу отношений.

В случае выдачи доверенности нескольким представителям каждый из них обладает полномочиями, указанными в доверенности, если в доверенности не предусмотрено, что представители осуществляют их совместно.

Правила настоящей статьи соответственно применяются также в случаях, если доверенность выдана несколькими лицами совместно.

Доверенность на совершение сделок, требующих нотариальной формы, на подачу заявлений о государственной регистрации прав или сделок, а также на распоряжение зарегистрированными в государственных реестрах правами должна быть нотариально удостоверена, за исключением случаев, предусмотренных законом.

К нотариально удостоверенным доверенностям приравниваются:

1) доверенности военнослужащих и других лиц, находящихся на излечении в госпиталях, санаториях и других военно-лечебных учреждениях, которые удостоверены начальником такого учреждения, его заместителем по медицинской части, а при их отсутствии старшим или дежурным врачом;

2) доверенности военнослужащих, а в пунктах дислокации воинских частей, соединений, учреждений и военно-учебных заведений, где нет нотариальных контор и других органов, совершающих нотариальные действия, также доверенности работников, членов их семей и членов семей военнослужащих, которые удостоверены командиром (начальником) этих части, соединения, учреждения или заведения;

3) доверенности лиц, находящихся в местах лишения свободы, которые удостоверены начальником соответствующего места лишения свободы;

4) доверенности совершеннолетних дееспособных граждан, проживающих в стационарных организациях социального обслуживания, которые удостоверены администрацией этой организации или руководителем (его заместителем) соответствующего органа социальной защиты населения.

Доверенность на получение заработной платы и иных платежей, связанных с трудовыми отношениями, на получение вознаграждения авторов и изобретателей, пенсий, пособий и стипендий или на получение корреспонденции, за исключением ценной корреспонденции, может быть удостоверена организацией, в которой доверитель работает или учится, и администрацией стационарного лечебного учреждения, в котором он находится на излечении. Такая доверенность удостоверяется бесплатно.

Доверенность от имени юридического лица выдается за подписью его руководителя или иного лица, уполномоченного на это в соответствии с законом и учредительными документами.

Согласно ч.1 ст.

327 Уголовного кодекса, подделка удостоверения или иного официального документа, предоставляющего права или освобождающего от обязанностей, в целях его использования либо сбыт такого документа, а равно изготовление в тех же целях или сбыт поддельных государственных наград Российской Федерации, РСФСР, СССР, штампов, печатей, бланков —
наказываются ограничением свободы на срок до двух лет, либо принудительными работами на срок до двух лет, либо арестом на срок до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до двух лет.

Согласно п.2 Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 16.12.

2010 № 1671-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Шишкина Виталия Юрьевича на нарушение его конституционных прав частью первой статьи 327 Уголовного кодекса Российской Федерации», употребленный в оспариваемой В.Ю.

Шишкиным норме термин «официальный документ», как и всякое оценочное понятие, наполняется содержанием в зависимости от фактических обстоятельств конкретного дела и с учетом толкования этого законодательного термина в правоприменительной практике.

Поэтому само по себе то, что в Уголовном кодексе Российской Федерации не содержится определение понятия «официальный документ», в том числе для целей его статьи 327, не может расцениваться как неопределенность уголовно-правового запрета и основание для произвольного применения данной статьи.

Таким образом, доверенность на получение работником корреспонденции от имени организации может быть удостоверена в данной организации.

Доверенность на получение денежных средств от имени физического лица должна быть удостоверена нотариально либо иным приравненным способом.

В законодательств понятие «официальный документ» является оценочным, решение о об отнесении того или иного документа к официальным зависит от обстоятельств дела.

С уважением, адвокат Анатолий Антонов, управляющий партнер адвокатского бюро «Антонов и партнеры».

Остались вопросы к адвокату?
Задайте их прямо сейчас здесь, или позвоните нам по телефонам в Москве +7 (499) 288-34-32 или в Самаре +7 (846) 212-99-71  (круглосуточно), или приходите к нам в офис на консультацию (по предварительной записи)!

Источник: https://pravo163.ru/kak-zakon-ponimaet-termin-oficialnyj-dokument-primenitelno-k-st-327-uk-rf/

Пленум ВС разъяснит особенности уголовной ответственности за подделку документов

Какие документы относятся к официальным документам

19 ноября Пленум ВС РФ направил на доработку проект постановления «О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 324–327.1 УК РФ».

Указанные составы относятся к преступлениям против порядка управления: 

ст. 324 УК устанавливает ответственность за незаконное приобретение и сбыт официальных документов и государственных наград;

ст. 325 – за похищение и повреждение документов, штампов, печатей и похищение акцизных марок, специальных марок и знаков соответствия;

ст. 325.1 – за неправомерное завладение государственным регистрационным знаком транспортного средства;

ст. 326 – за подделку и уничтожение идентификационного номера транспортного средства; 

ст. 327 – за подделку, изготовление и оборот поддельных документов, государственных наград, штампов, печатей и бланков;

ст. 327.1 – за изготовление, сбыт и использование поддельных акцизных марок, специальных марок и знаков соответствия.

Пленум даст понятие «официального документа»

Обзор изменений в УК и УПК, а также постановлений Пленума ВС РФ за 2019 г.

С точки зрения либерализации законодательства год был «средним»

«Принятие данного постановления является весьма долгожданным для юридического сообщества, так как наконец-то затрагивает давние проблемы, возникающие при квалификации преступлений, связанных с оборотом официальных документов.

При этом Пленуму ВС предстоит решить непростую задачу, связанную с трактовкой изменений, внесенных в положения ст. 327 УК РФ в 2019 г., ряд из которых не бесспорен», – заметила адвокат, младший партнер АБ «ЗКС» Анастасия Лукьянова.

В п.

1 проекта отмечается, что под официальными документами, предоставляющими права или освобождающими от обязанностей, в ст. 324 УК и официальными документами в ч. 1 ст.

325 УК РФ понимаются такие документы, в том числе и электронные, которые создаются, выдаются либо заверяются в установленном законом или иным нормативным актом порядке федеральными органами государственной власти, органами государственной власти субъектов РФ, органами местного самоуправления либо уполномоченными организациями или лицами и удостоверяют юридически значимые факты.

При этом, подчеркивают разработчики, предметом незаконного приобретения и сбыта официальных документов (ст.

324 УК) могут быть только официальные документы, способные повлечь юридические последствия – предоставление или лишение прав, возложение обязанностей или освобождение от них, изменение объема прав и обязанностей.

В качестве примеров таких документов приведены листок нетрудоспособности и медицинское заключение об отсутствии противопоказаний к управлению транспортными средствами.

Анастасия Лукьянова отметила, что в проекте фигурирует новое понимание официального документа, которое учитывает подход, выработанный в судебной практике и уголовно-правовой доктрине, а также п. 35 Постановления Пленума ВС от 9 июля 2013 г.

№ 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях».

«Применительно к рассматриваемым составам признак официальности документа определяется как способность документа удостоверять факты, имеющие юридическое значение, при этом источник создания, выдачи и заверения такого документа не имеет первостепенного значения для квалификации», – пояснила Анастасия Лукьянова. Это разъяснение призвано разрешить давнюю неопределенность в судебной практике, считает она: иногда суды признают официальным лишь документ, исходящий от государственных органов.

Часть 2 ст. 325 УК устанавливает ответственность за похищение у гражданина паспорта или другого важного личного документа. Из п. 2 проекта следует, что под паспортом необходимо понимать также заграничный, дипломатический и служебный паспорта.

Там же даны ориентиры для судов при решении вопроса о том, является ли личный документ важным: необходимо учитывать как минимум характер удостоверяемого факта и последствия похищения документа для гражданина.

Так, важными личными документами могут быть вид на жительство, военный билет, водительское и пенсионное удостоверение, аттестат и диплом об образовании.

Разработчики проекта акцентируют внимание на том, что ответственность за похищение у гражданина паспорта или другого важного личного документа установлена именно в ч. 2 ст. 325 УК.

«В связи с этим похищение, а равно уничтожение, повреждение или сокрытие паспорта или другого важного личного документа не могут квалифицироваться по части 1 этой статьи», – сказано в п. 6 проекта. «Тем не менее Пленуму Верховного Суда не удалось разъяснить противоречие положений ч. 2 ст. 325 УК РФ и ст.

327 УК РФ, предметами которой, в частности, выступают паспорт гражданина и удостоверение», – считает Анастасия Лукьянова.

В п.

3 проекта отмечается, что предметом преступлений, предусмотренных ст. 324 и 325 УК могут быть только подлинные официальные документы, государственные награды РФ, РСФСР и СССР, штампы, печати, акцизные и специальные марки, а также знаки соответствия.

Предметом подделки и поддельными в ч. 1–4 ст. 327 УК выступают паспорт и только такие другие официальные документы, которые предоставляют права или освобождают от обязанностей (п. 4 проекта). Это правило относится и к удостоверениям. При этом подчеркивается, что по смыслу ч. 5 ст.

327 УК об ответственности за использование заведомо подложных документов к таким документам относятся любые, удостоверяющие юридически значимые факты, кроме тех, что указаны в ч. 3 той же статьи.

Например, поддельные гражданско-правовой договор или решение общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме.

Под подделкой государственного регистрационного знака в ст. 326 УК предлагается понимать как его изготовление с нарушением установленного порядка, так и внесение в правомерно изготовленный знак изменений, которые допускают иное прочтение – удаление символов, подчистку и подкраску (п. 7 проекта).

Анастасия Лукьянова отметила, что в п. 8 проекта нашел отражение уже давно признанный в теории уголовного права отказ от признания понятия подделки документов лишь в качестве их материального подлога.

«В соответствии с этим пунктом подделка охватывает собой как случаи материального подлога документов (“незаконное изменение отдельных частей подлинного официального документа путем подчистки, дописки, замены элементов и др.

, искажающих его действительное содержание”), так и случаи интеллектуального подлога документов (“изготовление нового официального документа, содержащего заведомо ложные сведения, в том числе с использованием подлинных бланка, печати, штампа”).

Данное разъяснение приравнивает понятие подделки к подлогу, традиционно считавшемуся более широким понятием», – объяснила адвокат.

В п.

9 отмечается, что, признавая лицо виновным в использовании заведомо поддельного удостоверения или иного предоставляющего права или освобождающего от обязанностей официального документа, суд должен выяснить, какие именно права мог предоставить или от каких обязанностей мог освободить такой поддельный документ. Верную квалификацию разработчики проекта иллюстрируют ссылками на предъявление поддельного диплома при трудоустройстве и поддельного водительского удостоверения инспектору ДПС.

Предполагается, что в ст.

327 УК РФ под использованием заведомо поддельного документа понимается его представление как по собственной инициативе, так и по требованию уполномоченных лиц и органов в соответствующее учреждение или уполномоченным лицам в качестве подлинного в целях получения (подтверждения) права или освобождения от обязанности. «Кроме того, в п.

10 проекта закреплен давно ожидаемый отказ от неосновательного расширения перечня документов, относимых к предмету преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 327 УК РФ, который теперь не включает документы подлинные, но не имеющие юридической силы либо принадлежащие другому лицу», – отметила Анастасия Лукьянова.

Адвокат не согласен с предлагаемым пониманием совокупности

Ряд разъяснений посвящен квалификации преступлений при совокупности. Так, в п. 5 проекта подчеркивается, что похищение государственных наград является одним из способов их незаконного приобретения и квалифицируется по ст. 324 УК РФ.

Однако если похищение наград сопряжено с применением насилия, то такие действия образуют совокупность преступлений, предусмотренных ст. 324 УК и соответствующей статьей Кодекса об ответственности за преступление против жизни и здоровья.

«На мой взгляд, было бы логичнее подобные действия при наличии оснований квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных ст. 324 УК и соответствующими статьями главы о преступлениях против собственности: п. “г” ч. 2 ст. 161 (грабеж с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, либо с угрозой его применения), ст. 162 (разбой), ч. 1, п.

“в” ч. 2 ст. 163 (вымогательство, совершенное с угрозой применения насилия либо применением такового)», – считает адвокат АП Республики Башкортостан Николай Герасимов. По его мнению, этот подход можно обосновать целью и мотивами: действия явно направлены не на причинение вреда жизни или здоровью, а на незаконное получение имущества – государственных наград.

«При этом, как очевидно следует из данного пункта проекта, действия, направленные на хищение указанных наград, не сопряженные с применением насилия, по совокупности преступлений, предусмотренных ст. 324 и 158 УК, квалифицироваться не должны, так как целиком охватываются составом ст. 324 Кодекса.

Однако в таком случае не вполне понятно, каким образом квалифицировать действия по хищению государственных наград, совершенные, например, с незаконным проникновением в жилище? Очевидно, что такие действия имеют большую общественную опасность, так как одновременно посягают и на иное гарантированное Конституцией право», – пояснил свою позицию адвокат.

Однако, добавил он, ст. 324 УК такого квалифицирующего признака не содержит, а совокупности с преступлением, предусмотренным п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, как следует из разъяснений, не образует.

«В то же время, квалификация при подобных обстоятельствах по совокупности преступлений, предусмотренных ст.

324 и 139 УК (нарушение неприкосновенности жилища), на мой взгляд, тоже не вполне верна, так как очевидно в рассматриваемом случае имеется корыстный мотив и цель завладения имуществом, которые ст. 139 Кодекса никак не охватываются», – убежден адвокат.

Эксперты критикуют и подход к определению момента окончания преступления

Пункт 11 касается момента окончания использования заведомо подложного документа. По мнению разработчиков, такое деяние квалифицируется как оконченное преступление с момента представления документа с целью получения прав или освобождения от обязанностей и независимо от ее достижения.

При этом подчеркивается, что если подложный документ затем использовался для получения прав или освобождения от обязанностей в течение определенного периода (например, при трудоустройстве и в период последующей работы в организации), то сроки давности уголовного преследования исчисляются с момента фактического прекращения использования поддельного документа. «В этом пункте нашел свое отражение появившийся не так давно в судебной практике спорный подход к исчислению сроков давности уголовного преследования за один из частных случаев использования подложного документа, значительно отягчающий положение обвиняемого», – указала Анастасия Лукьянова.

Адвокат МКА «Князев и партнеры» Артем Чекотков полагает, что тем самым разработчики стараются подчеркнуть двойственную природу использования подложного документа, которое в зависимости от фактических обстоятельств дела может быть как «одноразовым», так и длящимся.

«Вместе с тем не совсем ясно, что следует понимать под “дальнейшим использованием”.

Например, является ли длящимся преступлением единоразовое предъявление подложного сертификата, подтверждающего знание иностранного языка, пилотом в авиакомпанию, если в дальнейшем этот документ хранится в личном деле? Или все же Верховный Суд говорит о повторном предъявлении документа – например, диплома о высшем образовании – при попытке трудоустроиться в различные организации? Представляется, что данный пункт проекта нуждается в корректировке, в противном случае проблемы в применении уголовно-правовой нормы сохранятся», – пояснил Артем Чекотков.

По его мнению, момент окончания использования подложного документа – один из наиболее проблемных вопросов квалификации. «Учитывая, что речь идет о преступлении небольшой тяжести, правильное определение момента окончания – гарантия надлежащего исчисления сроков давности и обеспечения возможности освобождения от уголовной ответственности», – подчеркнул адвокат.

В отсутствие руководящих разъяснений ВС в практике нижестоящих судов было выработано несколько подходов к определению момента окончания, рассказал Артем Чекотков: «Во-первых, как момента прекращения возможности использования подложного документа.

Как, например, в Постановлении Московского городского суда от 20 октября 2017 г. по делу № 4у-4834/2017. И, во-вторых, как момента предъявления подложного документа – Постановление Московского городского суда от 13 ноября 2017 г. по делу № 4У-5546/2017.

То есть использование подложного документа признавалось судами как “одноразовым”, так и длящимся преступлением». 

Разработчики обратили внимание на возможность применить малозначительность

В п.

16 подчеркивается, что деяния, предусмотренные ст. 324, 325, 325.1, 326, 327, 327.1 УК, совершаются только умышленно. В следующем пункте разработчики напоминают, что в ряде составов обязательным признаком является цель или мотив. То есть, к примеру, отсутствие при изготовлении поддельного официального документа, предоставляющего права или освобождающего от обязанностей, цели его использования исключает уголовную ответственность.

По мнению Николая Герасимова, эти разъяснения при их верном применении должны гарантировать отсутствие случаев объективного вменения – ответственности за «невиновные» действия или бездействие.

В п.

18 обращено внимание на тот факт, что деяние, формально подпадающее под одну из статей особенной части УК, в силу малозначительности может не иметь общественной опасности. «При решении вопроса о том, является ли деяние малозначительным, следует принимать во внимание, в частности, количественные и качественные характеристики предмета преступления, мотив и цель, которыми руководствовался обвиняемый (подсудимый), обстоятельства, способствовавшие совершению деяния», – сказано в проекте.

«К сожалению, данные разъяснения, хотя и являются давно и широко известными, на практике применяются чрезвычайно редко. Хотелось бы надеяться, что подобные разъяснения будут излагаться не только в Постановлениях Пленума, но и при рассмотрении конкретных дел», – заключил Николай Герасимов.

Источник: https://www.advgazeta.ru/novosti/plenum-vs-razyasnit-osobennosti-ugolovnoy-otvetstvennosti-za-poddelku-dokumentov/

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.

    ×
    Рекомендуем посмотреть