Прикол заявление в полицию

Помогите, травят козой! Самые смешные обращения в полицию

Прикол заявление в полицию

Самое смешное – даже не сами обвинения в “насылании лучей” или “обращение соседа в похотливой манере”. А то, что любые обращения граждан – вот совершенно любые, хоть про марсиан, хоть про злобных голубей на балконе! – сотрудники полиции обязаны регистрировать и проводить по ним оперативные работы. А мы удивляемся, отчего товарищи из органов иногда так удивляют своим внутренним миром 😉

Развлекается половым способом

Прошу пренять меры к моим соседям, которые сестематически нарушают общественый покой и нравственость непреличными звуками в ночное время дня. Хотя и стыдно потому что пожилые люди оба кандедаты наук. Я уже говорила соседке чтоб они вели себя прелично а она бестыжая толко улыбаеться и ушла не слова не сказала далше похабничеть.

А что якобы я окно разбила, это лож. Я позно вечером пошла им зделать замечание потому что сколко можно. Но в дверь звонить по стеснялась и позвала тихо шопотом с общего болкона который рядом с их окном, а они неответели и тогда я вежлево по стучала в фордочку ручкой от швабры.

То что она разбилась сами виноваты надо было вести себя прелично.

∇ 

Стенки коммунальной квартиры тонкие, поэтому муж приводит в свою комнату знакомую неизвестного названия, с которой развлекается половым способом.

В отличие от Моники Левински я не могу предоставить неопровержимых доказательств в отношении Беляева В. М. Но поверьте, он меня принуждал заниматься тем же самым, что и она, суть которого растворилась.

Он ударил меня в то место, которое далеко не безразлично моей жене. Прямо в лицо.

Нет возможности спокойно пройти по улице, везде маньячат лошади. Шумы животного происхождения не дают спокойно дышать. Девочки, приходящие на конюшню, являются агентами улиц красных фонарей и посылают туда меня…

Сосед систематически травит меня своей козой, отчего моя растительность пришла в плачевное состояние.

Познакомился с девушкой, случайное знакомство. Она привела меня домой, я выпил немного пива. После нашего совместного провождения времени, когда я шел в банкомат я обнаружил пропажу пластиковых карточек. Мысль была одна, они выпали в квартирой той девушки.

Позвонив ей она сказала что не каких карточек нету, я говорю давай вместе посмотрим может они на полу лежат. Она всячески уходила от того чтобы я пришёл я посмотрел их. Мне пришлось вызвать наряд ппс, они к ней вкваритуру тоже не попали. Тогда у меня привезли в часть дали заявление сказали пишу заявление… Я написал.

Но к сожалению позже карточки обнаружились она провалилась во внутренний карман в саму куртку под подшивку.

Подумать только, из-за родной жены я совсем дигридировался.

Прошу оказать содействие в обуздании бытовых мероприятий, применяемых ко мне женой, выражающихся в оскорблениях и заключившихся сегодня ударом по голове, то есть найдя мое слабое место.

О муже я не сожалею, ибо не был он другом и мужем, только безумно жаль растраченные годы, не заполненные теплотой мужского сильного начала…

Обоюдная драка

Услышал крик, который после анализа оказался нецензурной бранью.

Мой сосед установил возле моего окна спутниковую антенну, чем создал потенциальную возможность злоумышленнику забраться ко мне в квартиру из окон лестничной клетки. Просьбы о демонтаже игнорирует. Прошу поспособствовать решению данного вопроса.

С соседом произошла обоюдная драка…

Водка ударила по мозгам, а ответный удар получил гардеробщик.

Занимаюсь прокатом детских квадрациклов от 3 до 12 лет. В субботу я как обычно работал без всяких происшевствий, а в понедельник приходят сотрудники и говорят что на выходных а именно в субботу ребенок на квадрацикле сбил девочку. Как рассказывают очивидцы а именно мои конкуренты с которыми я как бы не дружу они все видели и говорят что мои.

Меня никто об этом не оповистил хотя бы сказали они просто промолчали. Вопрос несу ли я ответсвенность не за тех кто катается а за пешеходов и почему мать не следила за своей дочкой если бы была нормальной она бы подошла и кричала чьи эти квадрациклы подошла бы и мы разбирались а не молча пошла и подала заявление и почему вы мол не следите за моей дочкой.

Так как я занимаюсь прокатом я же не могу следить за чужими детьми.

Я сказал милиции, что не ранен, но, сняв кепку, обнаружил, что мой череп проломлен.

Я внимательно осмотрелся и попал под автомобиль “Запорожец”.

Авария случилась, когда правая передняя дверь другой машины выехала из-за угла даже не подав сигнала.

Желая проследить драку до конца, я был избит обеими сторонами.

Отчуждение жены

Я спал, а в это время в квартире началась драка. Я в драке участия не принимал, так как спал. О случившемся узнал со слов жены и ее мужа, вернувшегося в 14.00, а не в 18.30, как обещал.

По моим оценкам, ущерб составляет от 250 тысяч до четверти миллиона.

Произошло отчуждение жены в пользу тещи.

В разговоре он употреблял нецензурную брань, но она была направлена не в мой адрес, а для связки слов в предложении.

Находясь в кафе, Иванов Ю. Ф. вел неправильный образ отдыха.

Четырнадцать зимних шин и пять бетонных блоков, обнаруженных у меня дома, мне сама милиция и подбросила, чтобы “висяки” закрыть, а сам я не знаю, чего с ними делать.

Я увидел, как медлительный пожилой мужчина с грустным лицом слетал с капота моего автомобиля.

Купил в интернете схему по заработку за 10 тыс. руб., но она оказалась не рабочий. Прошу наказать мошенника. Спасибо. Или это гражднаский спор, ведь он мне все же дал схему, хоть и не рабочию. P.S. Знаю, что умом и сообразительностью не отличаюсь.

Прошу вашей помощу рады справедливости помог получить мне свои потно-трудовую заработную плату…

Начальнику РОВД Н-ского района подполковнику милиции Н. Прошу привлечь Вас к уголовной ответственности…

Shutterstock

Источник: https://pics.ru/pomogite-travyat-kozoj-samye-smeshnye-obrashheniya-v-politsiyu

Нелепые заявления в полиции

Прикол заявление в полицию

Я побывал в полицейском участке, я провел там целую ночь. Я не стесняюсь говорить об этом, потому что здесь каждый может попасть в полицейский участок, не совершив ровно никаких проступков. Да так и повсюду, потому что полицейским весь мир отдан в лапы.

Некоторое время назад я похвалил полицию в одной корреспонденции, и когда я писал ее, я себя чувствовал виноватым и униженным – настоящим подлецом; и теперь я очень рад,, что попал в полицейский участок, потому что это послужит мне уроком: никогда не надо опускаться до такой полной потери всех моральных устоев, чтобы хвалить полицию.

Неделю назад мы около полуночи возвращались с приятелем домой и увидели, что двое дерутся. И вот мы вмешались, как два идиота, и попытались их разнять, a тут подоспела свора полицейских и забрала нас всех в участок.

Два или три раза мы назначали полицейскому цену, чтобы он нас отпустил (полицейские обычно берут пять долларов при оскорблении действием и, я полагаю, двадцать пять в случаях преднамеренною убийства), но на этот раз было слишком много свидетелей, и нам отказали.

Они поместили нас в разные камеры, и примерно с час я развлекался, рассматривая через решетку растрепанных старых ведьм и оборванных, избитых шалопаев, которые причитали и сквернословили в коридорах, мощенных каменными плитами, но потом это изрядно надоело мне.

Я уснул на своей каменной скамье в три часа ночи, а на рассвете меня вызвали, и два мерзостных полицейских повели меня под охраной в суд при полиции, будто я ограбил церковь, или сказал вдруг доброе слово о полиции, или сделал еще что-нибудь, столь же подлое и противоестественное.

Четыре часа мы сидели на деревянных скамьях в арестантской, отгороженной от зала суда, ожидая приговора, – именно приговора, а не суда, потому что они здесь не судят людей, а только отбирают у них часть наличных денег и отправляют на все четыре стороны без всяких церемоний.

У нас там собралась превеселая публика, только мы все очень устали и хотели спать. В этой компании было три вполне приличных молотых человека, к тому же еще и хорошо одетых: один- клерк, другой – студент колледжа, а третий – торговец из Индианы.

Двое из них воевали на стороне северян, а третий – на стороне их противников, и все трое сражались при Антьетаме. Торговца арестовали за то, что он был пьян, а двух других молодых джентльменов – за оскорбление действием.

Был там еще жалкий, болезненный, окровавленный и обрюзгший старый бродяга, которого, по его словам, сначала вытолкали из пивнушки, а потом еще и арестовали. Он сказал, что уже много раз бывал в участке, и я спросил:

– Что они с вами сделают?

– Дней десять дадут, – при этом он ткнул пальцем через плечо в сторону полицейских и выразительно пожал плечами.

Был там еще негр, у которого из разбитой головы обильно лилась кровь. Этот ничего не рассказывал.

В углу сидела старая карга – один глаз у нее был подбит, и под ним красовался огромный синяк, а вторым она пьяно косила на мир; весь костюм ее состоял из грязного ситцевого платья, какой-то ужасной шали да пары домашних туфель, которые знавали и лучшие времена, но это было так давно, что о них и сама старуха уже забыла.

Время ожидания тянулось медленно, и я решил пока изучить как следует общество, в котором очутился. Я подсел к старухе и завязал с ней разговор. Она оказалась весьма общительной и рассказала, что живет у Файв-Пойнтс и, наверное, уж очень здорово напилась, если забрела так далеко от дома.

Она сказала, что была замужем, но муж куда-то отчалил, а потом она сошлась с другим, и у них был ребенок… да, маленький мальчик… а только ей все было не до него, то надо выпить, то еще добавить, чтобы не протрезветь, – вот он и умер однажды ночью с голоду, а может, и замерз, кто его знает…

а может, и то и другое вместе, потому что у них никакого постельного белья не было, и вообще были одни ставни, а прямо через крышу снег так и валил.

– Да, ему чертовски повезло, – сказала она, – ох, в паршиво б ему пришлось, если бы он выжил!

Туг она захихикала, а потом спросила у меня табачку пожевать и сигару. Я дал ей сигару и занял для нее табаку, тогда она подмигнула мне с таинственным видом и вытащила из-под шали фляжку с джином.

Она сказала, что они там, в полиции, думают, будто очень ловко ее обыскали, но она тоже не вчера на свет родилась.

Я отказался от приглашения выпить, и она сказала, что ей обеспечено десять суток, но уж, надо думать, она их выдержит, потому что, если б у нее было столько долларов, сколько дней она провела в кутузке, она могла бы купить себе водочный завод.

Были в нашей небольшой компании и две уличные девчонки – одна шестнадцати, другая семнадцати лет, и.

как они говорили, арестовали их за то, что они будто бы приставали на улице к джентльменам, занимаясь своим ремеслом, но они отрицали это и уверили, что те сами сделали первые шаги к знакомству; потом они обе заплакали, но не потому, что им было стыдно сидеть в полицейском участке, а оттого, что им предстояло провести несколько дней в тюрьме, в обществе несколько менее утонченном, чем они привыкли. Я сочувствовал бедным девочкам; как жаль, что милосердный снег не заморозил и их заодно, послав им мирное забвение и избавив от жизненных тревог и неприятностей.

Около восьми часов утра начали прибывать за решетку новые пташки, и трое моих юных соседей оживились и стали приветствовать каждого нового посетителя.

– Еще один делегат! Будьте добры, ваши верительные грамоты, сэр! Секретарь занесет имя джентльмена в почетный список с упоминанием его особых заслуг. Оскорбление действием, сэр? Нарушение порядка? Кража? Поджог? Грабеж на большой дороге? Ах, просто пьянство? Запишите: в состоянии опьянения, но виновен. Место, леди и джентльмены, место почетному делегату от трущоб Файв-Пойнтса!

Так, за шуточками и болтовней, нескучно шло гремя. И вдруг я увидел на стене надпись, от которой меня бросило в пот. Я будто почувствовал на себе чей-то обвиняющий насмешливый взгляд.

Надпись гласила (и как знакома была мне эта надпись!): «НЕПРИЯТНОСТИ НАЧНУТСЯ В ВОСЕМЬ» Как хорошо помню я тот день, когда придумал эту фразу в редакции «Морнинг колл», сочиняя объявление о своей первой лекции в Сан-Франциско; и подумайте только, кто бы мог предвидеть в тот день, что мне еще доведется прочесть эту надпись на тюремной стене за многие сотни километров от Сан-Франциско! Когда я написал эти слова в первый раз, я улыбнулся своей выдумке, но теперь, когда я представил, как тяжело было на сердце у бедняги, нацарапавшего здесь эти слова, и как он тосковал о лучшей доле, – в словах этих мне открылось что-то трогательное, волнующее, чего я раньше в них и не подозревал. То, что я пишу сейчас, – не плод воображения, я просто пытаюсь набросать картину того, что происходило со мной в мерзостном нью-йоркском узилище для негодяев и для несчастных.

В девять часов мы вышли один за другим под охраной и предстали перед судьей.

Я посоветовался с ним, имеет ли мне смысл заявлять протест на том основании, что я был арестован и заключен сюда незаконно, но он сказал, что это принесет только хлопоты и лучше мне не причинять себе лишнего беспокойства, поскольку все равно никто не узнает, что я сидел в полицейском участке, если только я сам об этом не скажу, С этим он меня и отпустил. Я побыл там еще немного и посмотрел, как он отправляет правосудие. Оказалось, что в случае мелких проступков вполне достаточно было показаний полицейского, записанных в протокол, и приговор выносился без всякого опроса обвиняемого или свидетелей. Потом я пошел прочь, очень довольный, что побывал в полицейском участке и узнал о нем все на своем собственном опыте, но при этом не испытывая ни малейшего желания продолжать свои изыскания в этой области.

Марк Твен

Источник: https://pikabu.ru/story/nelepyie_zayavleniya_v_politsii_4404289

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.

    ×
    Рекомендуем посмотреть